В этой истории всё, как мы любим. Ребята просто занимались тем делом, которое считали интересным и важным. Они много работали, несмотря на всякие «если» и прочие трудности. И их старания окупились. Так всегда бывает, если у тебя есть цель, энергия для её достижения и команда единомышленников.
Три года назад в это время в Сочи проходили Олимпийские игры. До сих пор много говорят о том, что игры тогда состоялись только благодаря иностранным специалистам. Мол, это они спроектировали все трассы и стадионы. А ведь на самом деле всё было не так. Мы поговорили с Валентином Тимченко и Виталием Миговым, которые готовили Роза Хутор для соревнований по сноуборду и лыжному фристайлу, и которые теперь, спустя три года, обошли всех иностранных конкурентов и выиграли тендер на строительство трасс для международной Универсиады. И кто теперь скажет, что мы здесь, в России, ни на что не способны?

Не упустите мгновение. Возможно, оно будет самым ярким в вашей жизни

— Всё началось с того, что я просто стал кататься на сноуборде. Мы с друзьями просматривали огромное количество разных видео, качали какие-то файлы, на видеокассетах смотрели. Видели, как люди оттуда — с этих кассет и дисков — строят трамплины. И потихоньку сами стали повторять, какое-то подобие выстраивать у себя во дворах. Увлекались всё серьёзнее, стали ездить в лагеря, смотреть, учиться у «взрослых» ребят. Копали, рыли. Потом поняли, что можем делать это не только для себя.
Когда мы набрались опыта, то собрали всю свою смелость и решили сделать собственный лагерь. Это было в Кировске, в 2008 году. Понастроили там каких-то кочек, народ был в восторге. На следующий год понастроили ещё больше кочек. Нас тогда поддержала компания Quiksilver — мало кто хотел строить за Полярным кругом, а мы хотели, — и компания помогала нам с финансированием. Потом появились идеи — а почему бы не сделать то же самое в Шерегеше? Или, например, в Москве? Так стали строить парки по всей стране. Мы работали очень упорно, изучали каждую деталь, мы фанатели от этого. И когда «очнулись», оказалось, что таких как мы, тех, кто готов этим заниматься, не так уж много в России.
В 2012 году меня пригласили на работу в оргкомитет «Сочи-2014». Хантили туда довольно долго, я отказывался. Потому что был такой super true, говорил, что не буду к этой Олимпиаде иметь никакого отношения, буду бедным, зато честным. Но потом передумал. Знаете, как это произошло? Фильм смотрел, про мюнхенскую, кажется, Олимпиаду. И там кто-то сказал: «Не упустите это мгновение. Возможно, оно будет самым ярким в вашей жизни». И я подумал, а может, и правда. После никогда не жалел о том, что согласился. Многие ругают Олимпийские игры. С одной стороны, это правильно. Потому что спорт больших достижений очень часто опровергает все спортивные принципы, на которых он должен быть построен. Но есть и другая сторона. Олимпиада — это мощнейшее событие, которое само по себе является катализатором развития спорта как сферы жизни. Такие события повышают твой собственный уровень требований к себе и к тому, как ты живёшь.
Мир спорта — он такой, очень закрытый. И ты либо врываешься в него и начинаешь ломать всё старое и устанавливать свои порядки, либо стараешься играть по его правилам, которые, может, тебе не всегда нравятся. В общем-то, как и в жизни.
После Олимпиады мы поняли, что теперь вышли на новый уровень и нужно «держать планку». И подумали, почему бы не попробовать замахнуться на ещё один международный проект. Как раз тогда уже планировалась Универсиада в Казахстане. Мы много обсуждали эту тему с коллегами и решили попробовать подать заявку на тендер. Компания WinterShapePro всегда развивалась параллельно с нами. Мы занимались одним делом, где-то пересекались, где-то немножко конкурировали — в общем, шли бок о бок. В какой-то момент мы поняли, что не настолько сильный у нас рынок, чтобы ещё и мешать друг другу. Решили объединить усилия в больших проектах. И это сработало. На тендер для работы на Универсиаде мы подавали уже совместную заявку.

Зарабатывать любимым делом в России пока тяжело, но интересно

— Да, мы решили, что называется, задавить организаторов двойным авторитетом. Хотя совместные проекты были у нас и до Универсиады. Когда берёшься за по-настоящему крупное дело, без единомышленников не обойтись. А начинал я тоже с малого. Был студентом, учился, профессионально занимался лыжным фристайлом. Трассы строили, да. Но не сразу пришло понимание того, что этим можно ещё и зарабатывать, то есть превратить любимое дело в профессию. После работы в Сочи мы уже решили как-то назваться и сосредоточиться только на строительстве.
Конечно, пока в России зарабатывать этим тяжело. Спрос-то есть, но зачастую собственники и директора горнолыжных курортов не хотят обращаться к профессиональным компаниям. Им это кажется дорогим удовольствием. Говорят, мне, мол, Вася местный дешевле построит. Но это не совсем так. Потому что с тем, что «местный Вася» будет делать две недели, профессиональная команда справится за четыре дня. Смотрите, сколько это сэкономит уже даже на работе техники. Пока всё это приходится долго объяснять собственникам и управленцам. Сложно, конечно, бывает. Но зато интересно. Да и нехватки крупных проектов пока нет. В феврале, например, сразу после Универсиады, будем делать трассу для этапа Кубка мира в Челябинской области.

Главный стимул — доказать всем, что мы можем

— Выиграть тендер на строительство трасс для Универсиады было тяжело, — признаётся Валентин Тимченко. — Конкурс тянулся почти год, и мы прошли через все его круги. Мир спорта — он такой, очень закрытый. И ты либо врываешься в него и начинаешь ломать всё старое и устанавливать свои порядки, либо стараешься играть по его правилам, которые, может, тебе не всегда нравятся. В общем-то, как и в жизни. Всё очень непросто. Но у меня есть стимул. Знаете, после игр многие говорили, что Олимпиада в Сочи случилась только благодаря иностранцам, что сами мы, здесь, в России, ничего не умеем. И теперь постоянно хочется что-то делать, что и мы кое-что можем. Что всё у нас в порядке.