В эти дни в кинотеатрах идёт фильм «Людно внутри». Это первая в мире документальная картина о людях с диссоциативным расстройством идентичности. «Челленджер» поговорил с режиссёром Ольгой Львовой, чтобы узнать, как проходили съёмки.
Главная героиня фильма «Людно внутри» — участника Московского международного кинофестиваля 2019 года — Карен, психотерапевт. Её пациенты — люди с дисссоциативным расстройством идентичности: в одном теле одновременно обитают несколько независимых личностей. У каждой — свой характер, свой багаж жизненного опыта, свои интересы и цели. В искусстве эта тема поднимается не впервые. Одно из самых известных литературных произведений о природе диссоциативных расстройств — документальный роман Даниеля Киза «Таинственная история Билли Миллигана».

В чём основная идея фильма «Людно внутри»? Что было самым сложным в процессе работы над картиной? Способен ли фильм изменить отношение общества к людям, которые страдают от дисссоциативного расстройства? Эти вопросы мы задали режиссёру Ольге Львовой.

 

Ольга Львова

режиссёр фильма «Людно внутри»
— «Людно внутри» — фильм о природе человека. Некоторые путают диссоциативное расстройство с шизофренией. Но это два разных диагноза. При шизофрении мозг человека нездоров. Расстройство множественной личности происходит в детском возрасте у здорового человека. В этом принципиальное отличие, и это значит, что все мы обладаем механизмом диссоциации: каждый из нас может ехать в метро или читать книгу и не замечать, что происходит вокруг. Наш мозг умеет полностью блокировать реальность. То же самое происходит во время сильной психологической травмы: когда случается что-то, с чем нельзя смириться, что невозможно себе представить, что нарушает наши границы. Люди уходят в себя. В редких случаях потом происходит расщепление на разные личности. Расстройство множественной личности — механизм, которым обладает каждый из нас, но только в увеличительном стекле.

Создание документального фильма — трудоёмкий процесс. Были сложности и в работе с героями. Мы приезжали на съёмки на 2—4 недели, и нам нужно было успеть встретиться с несколькими людьми. Но если я договаривалась с кем-то о встрече, это не гарантировало того, что утром в человеке проснётся именно та личность, с которой мы должны встречаться. Дело в том, что у всех личностей свой жизненный опыт, и изначально они не имеют доступа к памяти друг друга. После длительной терапии они начинают общаться. Иногда мне приходилось ездить за героем по всему городу, чтобы дождаться пробуждения нужной личности. А потом я выработала такую стратегию: давала им очень много бумажек в разных видах с нашими планами в надежде на то, что они разложат их по квартире и разные личности это заметят. Часто это срабатывало.

Работать над фильмом психологически было непросто. По-настоящему я поняла это только сейчас. Когда идут съёмки, ты отвлекаешься на многие производственные моменты. А потом приходит осознание. Герои рассказывают о детской травме и насилии — физическом и сексуальном, и это не может бесследно пройти мимо тебя. Для фильма нужны определённые сцены, реакции, отчасти ты провоцируешь героев. Я постоянно задавала себе вопрос: имею ли на это право? Я понимала, что несу ответственность за психическое состояние этих людей после такого рода съёмок.

Я не верю в то, что фильмы могут менять окружающую действительность. Как режиссёр я не ставлю себе такую задачу. Но да, сейчас, когда фильм идёт в прокате, я вижу, что отношение людей к проблеме меняется. Кино — это сильно сконцентрированный эмоциональный опыт. Искусство учит людей сопереживать, сочувствовать. Моя задача в том, чтобы зрители прожили с героями часть их жизни — и нашли в этом себя.

Документальный фильм «Людно внутри» можно посмотреть в Центре документального кино и других кинотеатрах в разных городах России на английском языке с русскими субтитрами.