Стёртые в кровь ноги, песчаные бури и 250-километровый марафон по пустыне Сахара — специально для «Челленджера» бизнесмен Борис Батин рассказывает о Marathon Des Sables, после финиша которого он стал «смотреть на мир другими глазами».
— Люди ленивы по своей природе. Абсолютно все. И я не исключение. После того как я одолел несколько стартов Ironman, пробежал Лондонский марафон, исколесил на велосипеде добрую долю Южной Америки, мне сложно было включаться в новые соревнования. Не было цели, большой и настоящей, двигаясь к которой, можно преодолеть свою лень, спортивные и психологические преграды.

 

Отсутствие стимула подготовки к новому крутому соревнованию сразу же отразилось на результатах моих текущих стартов. Я разленился настолько, что стал игнорировать план тренировок, предпочитая просто кататься на вейкборде или играть в футбол. К своему сегодняшнему ужасу, я даже «прогулял» запланированный старт по триатлону, который, между прочим, был уже оплачен. Сегодня мне сложно представить такое положение вещей, но тогда лень обуяла меня.

 

Однако нашлось то, что вывело меня из спортивного штопора. Как-то после одного из стартов обнаружил комментарий в одной из соцсетей под фотографиями соревнований по триатлону в Крылатском. Если кратко и мягко, то «коллеги» писали, что я тяжело бежал этап, и вообще в этом сезоне Батин не в форме. Этого стало достаточно для того, чтобы я пришёл в бешенство. Естественно, зол я был не на комментарии и их авторов, а на себя. Дал повод!

 

В кулуарах одной из бизнес-конференций я узнал о Marathon Des Sables и решил принять участие в юбилейном, тридцатом ультрамарафоне. MDS — это сложное беговое соревнование, в ходе которого спортсмены преодолевают 250-километровую дистанцию по пустыне Сахара в пять этапов. Настоящее экстремальное испытание! Запрещена любая внешняя помощь. Марафонец до соревнования собирает свой рюкзак с пищей на всё время забега, со спальным комплектом и другой экипировкой. Во время соревнования организаторы обеспечивают спортсменов только водой, шатрами для ночлега и при крайней необходимости — медицинской помощью. После того как я принял решение бежать свой первый мегамарафон, жить стало гораздо интереснее.

 

Подготовку к марафону на выживание начал за семь месяцев до самого соревнования. Обратился за помощью в подготовке к потрясающему тренеру и действующему рекордсмену России в марафонском беге Алексею Соколову.

 

Это был настоящий вызов самому себе. Опасался я не столько дистанции, сколько условий. Во-первых, бег по жаре никогда не был моим коньком. Во-вторых, мои проблемные ноги даже на полумарафоне почти всегда обрастали мозолями, а в пустыне даже стальные стопы сотрутся в песок. В-третьих, я даже в походы никогда не ходил, а в Сахаре пришлось целую неделю жить в суровых походных условиях, да ещё и тащить все запасы провизии на себе. И наконец, бег по песку и пересечённой местности с довольно заметными перепадами высот для таких толстяков (по меркам бегунов), как я, превращается в сущий кошмар.

 

Поэтому процесс подготовки, в ходе которого я пробежал в общей сложности почти 2,5 тысячи километров — это отдельная интереснейшая история. Но сейчас я перенесу читателя в апрельское Марокко — почти безжизненные раскалённые пески пустыни Сахары.

За два дня до adventure of a lifetime

В Марокко я летел через Лондон, третьего апреля, ещё с 300 сумасшедшими. В аэропорте первая заминка — ждали, пока приземлятся все рейсы с участниками ультрамарафона. С момента посадки и до прибытия к месту ночлега прошло больше восьми часов, добирались долго, что порядком вымотало.

 

Мой отель на следующие девять дней — беззвёздная по меркам отельеров полупалатка в пустыне. Однако звёзд хватало над головой. Когда встретил в лагере спортсменов из России, приободрился. Слава богу, свои! Тёплый разговор о подготовке к марафону хорошо пошёл под ужин.

 

Утром субботы, четвёртого апреля, я сдал багаж, прошёл проверку снаряжения, получил номер участника и непременный атрибут бегуна в пустыне — солевые таблетки, задерживающие влагу в организме. В итоге рюкзак на старте весил без воды чуть меньше восьми килограммов. Супер, думал я. Буду порхать, как бабочка в тени оазиса.

 

Вечером поднялась песчаная буря, видимость снизилась до нескольких метров. Находясь в центре лагеря, сложно было отыскать свою палатку. Буря разбушевалась так, что снесла надувную стартовую арку. Марафон ещё не начался, а песок уже раздражает. Он повсюду: в одежде, снаряжении, скрипит на зубах.

 

Ночью перед стартом пришлось укутаться в спальник с головой, ведь у шатров — только крыша и всего лишь две стены. Но от песка это едва ли помогло укрыться. Песчаная буря сопровождала нас практически каждый вечер. А в сочетании с холодным ночным ветром она дарила незабываемые ощущения, уж поверьте.

Этап первый — шоковый (36,2 км)

Подъём за 2,5 часа до начала соревнования. Казалось, что времени достаточно. Но едва успели приготовить завтрак, размять ноги, как нужно уже бежать на старт.

 

Арку, которую снесло накануне, успели восстановить, но выглядит она уже не так торжественно. Потрёпанность её предупреждала, мол, это тебе не курорт, сынок. Адреналин зашкаливает, вокруг улыбки, стараюсь тоже улыбаться, но чувствую, что глаза выдают мой испуг. Под традиционный на Marathon Des Sables трек «Highway to Hell» прогремел выстрел стартового пистолета. Поехали!

 

Нервозность исчезла вместе со стартом, всё шло отлично, набрал темп, уверенно обходил соперников. Опасался того, что может помешать рюкзак, но казалось, что вся моя экипировка и запасы поднапряглись и решили помочь мне одолеть дистанцию на максимуме возможностей.

Но не тут-то было. К середине этапа понял, что мои кроссовки совершенно не подходят для подобной гонки. Начал ощущать, как камни впивались острыми краями в ступни сквозь тонкие подошвы. Обувь в итоге стала самой большой моей проблемой в ходе ультрамарафона.

 

За четыре километра до финиша почувствовал тяжесть в голове, сказывалась жара. Я практически «поплыл», сознание затуманивалось, вода уже не помогала, но я знал, что вставать на дистанции в такой ситуации — наихудшее решение. Едва «дополз» до финиша. В этот момент пришлось бороться с первой, но самой тяжёлой психологической проблемой, а именно — искать нетривиальный и веский аргумент в качестве ответа на вопрос, который задавал мой внутренний голос: «Какого…, Борис, ты тут делаешь?!». И знаете, этот голос звучал чертовски убедительно. А ведь завершился всего лишь первый этап…

 

Однако благодаря подготовке я знал, что и через это мне придётся пройти. Добрался до палатки, разложился, принял гейнер (белково-углеводный коктейль) — ради большой цели действовать необходимо чётко, по плану. И вот жизнь вернулась в тело, голова просветлела, дух вынул откуда-то из сознания прежний азарт. Замечательно «зашёл» тёплый чай с шоколадкой — вектор настроения устремился вверх, краски стали ярче. Вскоре наш шатёр загудел разговорами о первом этапе, спортсмены делились впечатлениями, обретённым опытом. Часто раздавался смех. На самом деле хорошая компания во время вечернего отдыха является на MDS залогом психологической устойчивости к невзгодам дневных испытаний.

Этап второй — горный (31 км)

Подъём около шести утра дался на удивление легко. Приступил к ежедневному ритуалу: завтрак, разминка ног, распределил питание, напитки, проверил экипировку. После старта повторилась картина первого дня. Отлично начал и около восьми километров до самого подъёма в гору держался рядом с «Элитой». Это прозвище в ходе марафона получил CEO компании FCG Артём Ситников, который по итогам Marathon Des Sables финишировал в тридцатке лучших. Но при подъёме в гору я отстал, а уже на спуске снова подвели кроссовки: стал серьёзно замедляться, корячась на камнях. Бежал, словно босиком по углям. Нелепо, как начинающий йогин. Под горку меня обгоняли абсолютно все, кто вообще в обуви бежал. Под горку, Карл! Обидно стало едва не до слёз.

 

Растерял всё преимущество, ещё и ноги расшиб окончательно. Плюс по всему в пик жары, а это около 12:30 по местному времени, традиционно «поплыл» от жары. Добежал этап тяжело, на морально-волевых и с мыслью о козыре, которая придавала сил. Козырь мой — это обычные таблетки обезболивающего. Отложил их на следующий этап.

Этап третий — жаркий (37,7 км)

Ночью, накануне выхода на старт этапа, почти не спалось — жутко болели мозоли. Ворочался, не мог отогнать мысли о том, что утром боль не отступит. Так и вышло. Без всякого энтузиазма вышел на старт, но к середине дистанции собрался, обезболивающее действовало как часы, с помощью него в итоге и добежал этап. На 32-м километре на пути возникла огромная песчаная дюна. Испугался, что не хватит воды, стал экономить и, закономерно, чуть не свалился от потери сознания. Как говорится, дальше всё как в тумане. Но каким-то чудом финишировал.

 

После финиша всё как обычно: ужин, отдых, восстановление. Ситуация со ступнями ног ухудшалась, самостоятельно обработать и забинтовать их уже не позволили — отдали медикам. На носу длинный забег — следующий, самый продолжительный этап, я планировал преодолеть за один день, при том что организаторы отводили на него два.

Этап четвёртый — мистический (91,7 км)

Пожалуй, это утро было одно из самых скверных в моей жизни: не выспался, боль в ногах не унимается, всё валится из рук, я словно комок нервов — раздражает всё и все. Хотя задор не потерял. В этот момент чувствовал злость на себя, мол, надо было лучше готовить экипировку. Помню, что тогда хотел не просто добежать, сохранив место в первой сотне, а показать классный результат, а тут эти ноги, кроссовки…

 

Пара таблеток обезболивающего на старте — и вперёд, на мины! После первых 30 километров этапа по традиции стало дурно от жары. Я уже не представлял, как я доберусь до финиша, а ещё на последней трети дистанции планировал ускориться.

 

Спасибо ребятам из нашего шатра, буквально довели меня до чек-пойнта на 62-м километре. Сперва подбадривал Алексей Печников из «Интеркоммерцбанка», но потом убежал вперёд. Я «пополз», по-другому не сказать, за Димой Юрченко (knopka24.ru и befit24.ru). После 62 километров, благодаря тому, что жара начала понемногу спадать, чуть пришёл в себя и уже старался помочь другим добежать до следующего чек-пойнта на 74-м километре. По пути съел два энергетических батончика. Уж не знаю, подействовали ли они, или это был эффект плацебо, но я ощутил абсолютно метафизический прилив сил. И побежал, обгоняя многих соперников, отрывался от них, стараясь на финише иметь максимальную фору на следующем этапе.

 

Этот финиш, пожалуй, был самым эмоциональным. Шатает как во время шторма на шхуне, холодно до дрожи, ветер загоняет песок в глаза, пальцы ног уже не чувствуются — но я был счастлив!

 

Когда эйфория прошла, понял, что ходить не могу. Кроме шуток, испугался, что заработаю permanent damagе.

Восстановление

Так как самый длинный этап я закончил за один день, заработал себе сутки отдыха. Спалось плохо, всю ночь продолжалась песчаная буря. Под утро меня на самом деле засыпало песком. Про ступни ног умолчу, мой рассказ, кажется, уже выглядит как сплошная жалоба на несовершенство человеческого тела.

 

После подъёма позавтракал, принял recovery drink и снова улёгся в шатре на отдых. Ходить невозможно, поэтому кроме как валяться в шатре и смотреть, как финишируют марафонцы, заняться нечем. Снова выручала весёлая компания, да и чёрный юмор никто не отменял.

 

Решил сделать себе подарок — заварил лапшу быстрого приготовления. Организаторы выдали всем по банке содовой. Вот где стоило снимать рекламный видеоролик. За колой спортсмены шли словно зомби.

 

Вечер пошёл коротать в медпункте, в надежде, что врачи восстановят мои жалкие нижние конечности к утру. Выглядели ноги, конечно, аварийно. Врачи собрались на консилиум — и это не шутка. Сделали несколько фотографий ран, кому-то отправляли, что-то активно обсуждали на французском. Спустя час совещания вынесли вердикт, что на ноги меня поставят, но повязки, дескать, необходимо будет снимать уже после финиша последнего этапа. Если сделаю это раньше, то есть после очередного отрезка, то о завершении марафона речи быть не может. Два часа резали на живую. С нескольких пальцев почти полностью сняли намозоленную кожу, где-то вырезали ногти.

 

Боль адская. Эта, с позволения сказать, процедура вымотала меня не меньше самого забега. Без сил плёлся в темноте в свою палатку. Двести метров преодолевал целую вечность. Соседи по шатру мирно посапывали, наблюдая сахарские сны. В полумраке ночи, лишь при свете бесчисленного количества звёзд приготовил себе ужин и подкрепился, закутавшись в спальник. А что?! Мне понравилось — романтично. Проглотил обезболивающее на десерт и уснул.

Этап пятый — болезненный (42,2 км)

В эту ночь спалось лучше всего, по всей видимости, помог анестетик. Перед сном вспоминал операцию, надеялся на врачей, ведь обещали поставить на старт. Однако утром был неприятно удивлён. Ходить по-прежнему тяжело, не то что бегать. Забинтованные пальцы упорно не хотели помещаться ни в носок, ни в кроссовок. Из-за этого потерял 10 минут и чуть не опоздал на старт.

 

Как бежать — я просто не представлял. Старт нашей волны из первых двухсот марафонцев дан, все ускакали вперёд, а я даже идти нормально не могу, кое-как ковылял, пытаясь не упустить всех. Это было очень больно, но ещё больше — обидно. Ведь всё заработанное на длинном этапе такой кровавой ценой преимущество таяло на глазах.

 

Сжав волю в кулак, продолжил двигаться, вколачивая ноги в пески. Финиш увидел через пять часов боли. Каково же было моё удивление, когда я потерял не более десяти мест с момента старта и финишировал 57-м. Эмоций почти не было — осталась только усталость от нескончаемой борьбы с болью и от испытания духа.

Этап шестой — solidarity (11 км)

Заключительный этап Marathon Des Sables — благотворительный. Результаты не идут в зачёт спортсменам. Это просто 11-километровая прогулка и прощание с пустыней. Если слово «просто» здесь, конечно, применимо.

 

Снова с трудом надел кроссовки, но до финиша доковылял. Вечером поймал себя на мысли, что хочется снова нормально ходить, съесть борщ, булочку с маком, сесть на стул, лечь в тёплую мягкую постель, укрывшись одеялом. В условиях лишений эти привычные вещи начинаешь ценить по-настоящему, влюбляешься в них.

 

Немного погодя меня увезли в город со всеми остальными «ранеными». В транспорте кто-то стал раздавать свежий хлеб. Каждый отламывал себе кусок и передавал дальше. Запах хлеба сводил с ума. Я сидел возле окна, жевал лепёшку, вглядываясь в наступающие пустынные сумерки. На этот огромный бушующий и величественный мир теперь я смотрел другими глазами…

PS.: Борис Батин — сооснователь, генеральный директор (Chief Executive Officer) компании MoneyMan. Борис сам написал этот текст и прислал его нам, в редакцию «Челленджера». Если вы знаете кого-то, кто совершает такие же подвиги, или, чем чёрт не шутит, сами совершаете такие подвиги, пишите на [email protected] — если история покажется нам крутой, мы опубликуем её с большим удовольствием. Нам вообще нравится получать от жизни удовольствие 😉