Если вы всегда хотели узнать, как проходят занятия на различных театральных курсах, то этот материал для вас. Студентка Мария Опаловская написала эссе о месяце учёбы в театральной лаборатории Gogol School. О том, как она училась принимать себя со всеми своими комплексами, страхами и странностями.
— Набирая новый курс, педагоги Gogol School проводили собеседование. Им было важно понять, что студенты готовы меняться и работать над собой. Курс длился четыре недели. Это восемь занятий по три часа — в общей сложности сутки, за которые мы пытались выстроить отношения с собой и, как следствие, с миром. Студенты Gogol School — это абсолютно разные люди, у которых нет цели профессионально развиваться в театре. Каждый пришёл сюда за чем-то своим (а в итоге получил чуть больше, чем хотел). Я могу долго говорить об эмоциях и чувствах, которые я там испытала, но на самом деле через это нужно пройти самому.
Каждый из нас выбирает свою траекторию. Мы идём, переминаясь с пятки на носок, держим ровный, спокойный темп, импровизируем. У кого-то получается ловко и играючи, кто-то, напротив, растерян. На паузы нет времени. Мы ускоряем шаг.

 

Нас тридцать человек. Мы встречаемся взглядами. Иногда, чтобы удержать зрительный контакт, приходится подстраиваться под движения другого участника, сбиваясь при этом с собственного ритма. Тем не менее игра стоит свеч — искра пробежала. Но секунда — и контакт потерян, дальше каждый идёт своей дорогой.

 

Мы сталкиваемся с людьми, чья траектория движения совпадает с нашей траекторией. Мы соприкасаемся плечами и отталкиваемся друг от друга.

 

Мы делимся на пары, выбираем себе роль: ведомый или ведущий. Один закрывает глаза и протягивает другому руку. Тот держит её крепко. «Я не подведу тебя, ты не врежешься в стену, всё будет хорошо. Со мной ты в безопасности», — думаю я. Проходит время, мы держимся чуть ли не за мизинец, а потом и вовсе размыкаем руки. Теперь нужно вести своего напарника буквально при помощи дыхания. Я иду сквозь других людей и дышу. Мы останавливаемся и вновь берёмся за руки. Даём себе возможность узнать друг друга по ладоням, пальцам, форме ногтей и запястьям. Затем мы расходимся — ведущие идут к стене, а ведомые должны найти тех, кто их вёл. С первой попытки никто не признаёт своего человека — ни одного совпадения.

Илья Ромашко

один из основателей Gogol School, мастер актёрской лаборатории
— На первом занятии я говорил — мне всё равно, что вы отсюда унесёте. Но я забыл сказать, что ничего, кроме себя, вы отсюда унести не сможете.
Весь месяц мы занимались пластическим театром — работали над органикой тела, над выразительностью жеста и честностью слова. В Gogol School вас не подготовят к актёрской профессии, не выдадут диплом после завершения курса. Gogol School — это про свободу. Это чистое творчество. Здесь вас будут брать на слабо. Здесь не потерпят фальши. Ваше обучение будет похоже на ледяной душ, после которого вы начнёте осознавать, кто вы, и главное — зачем вы. Если вы спросите, кому я советую подобный опыт, я отвечу — всем и каждому в любой жизненной ситуации.

Ксюша

студентка Gogol School
— Было неожиданно, местами даже больно. Я знаю, что могла получить из этого опыта больше. Мне было сложно взаимодействовать с новыми людьми, было сложно упасть и принять себя. Я желаю вам сорвать пластырь и прийти сюда.
Тут вас научат сомневаться, если вы слишком уверены. Заново покажут, как надо мечтать, если вы вдруг забыли. Дадут возможность проверить ваши «вечные» ценности на прочность. Хотя бы на 1% на собственной шкуре прочувствовать, какой силы и величины опустошение чувствует актёр после спектакля. Это может стать обнулением, если вы пришли за этим. Или наполнением. Одно я знаю точно — каждый унесёт отсюда что-то своё, что-то очень личное. То, о чём порой лучше промолчать, чтобы не расплескать и сохранить глубоко и надолго.

Ярослав

студент Gogol School
— Однозначно какие-то задания заставляли переступать через собственные страхи и комплексы. Это раскрепощает. Такой мини-апгрейд личности.